Билли Грэм о технике, вере и страдании

Выступая на TED в 1998 году, священнослужитель Билли Грэм восхищается способностью техники улучшать жизни и изменять мир, но утверждает, что конец злу, страданию и смерти придёт только после того, как мир примет Христа. Легендарное выступление из архивов TED.

Как священнослужитель, можете представить, насколько не в своей тарелке я себя ощущаю. Словно рыба, вытащенная из воды, или как сова, вытащенная из воздуха.

Как-то раз я проповедывал в Сан-Хосе, и мой друг, Марк Квамме, который познакомил меня с нынешней конференцией, привёл нескольких генеральных директоров и лидеров некоторых компаний, расположенных здесь, в Силиконовой Долине, чтобы позавтракать со мной, или мне с ними. И я был настолько взволнован. И мне было — это было настолько поучительно услышать их разговор о том, каким будет мир, благодаря технике и науке. Я знаю, что конференции уже близится конец, и некоторые из вас, возможно, недоумевают, почему пригласили спикера из области религии. Пускай ответит Ричард, это было его решение.

Русский текст выступления

Как священнослужитель, можете представить, насколько не в своей тарелке я себя ощущаю. Словно рыба, вытащенная из воды, или как сова, вытащенная из воздуха.

Как-то раз я проповедывал в Сан-Хосе, и мой друг, Марк Квамме, который познакомил меня с нынешней конференцией, привёл нескольких генеральных директоров и лидеров некоторых компаний, расположенных здесь, в Силиконовой Долине, чтобы позавтракать со мной, или мне с ними. И я был настолько взволнован. И мне было — это было настолько поучительно услышать их разговор о том, каким будет мир, благодаря технике и науке. Я знаю, что конференции уже близится конец, и некоторые из вас, возможно, недоумевают, почему пригласили спикера из области религии. Пускай ответит Ричард, это было его решение.

Но несколько лет назад я спускался в лифте в Филадельфии. Я собирался выступить на конференции в гостинице. И в том лифте один человек сказал: «Я слышал, что Билли Грэм остановился в этом отеле.» А другой человек посмотрел в мою сторону и сказал: «Да, а вот и он. Он вместе с нами в лифте.» И тот человек осмотрел меня с ног до головы около 10 секунд и сказал: «Ну и ну, какой разочарующий итог!»

Я надеюсь, эти несколько моментов со мной не покажутся вам разочарующим итогом всех выдающихся речей, которые вы слышали, и обращений, каждое из которых я сам намереваюсь послушать. Но я летел на самолёте через Восток несколько лет назад, и человек, сидящий через проход напротив меня, был мэром города Шарлотт в Северной Каролине. Его звали Джон Белк. Некоторые из вас, наверное, его знают. С нами летел один пьяный мужчина, и он поднимался со своего кресла два или три раза, и он огорчал всех тем, что пытался сделать, и он шлёпал и щипал стюардессу, когда та проходила мимо, и все были им недовольны. И наконец, Джон Белк сказал: «Знаете ли вы, кто здесь сидит?» И мужчина сказал: «Нет, кто?» Он ответил: «Это Билли Грэм, проповедник». Он сказал, «Да что вы говорите!» И он повернулся ко мне, и сказал: «Пожмём же руки!» Он сказал: «Ваши проповеди, несомненно, помогли мне.»

И я предполагаю, с этим согласятся тысячи человек.

Я знаю, что вы заглядывали в будущее, и как мы уже слышали сегодня вечером, мне хотелось бы жить в том времени и увидеть, каким оно будет. Но мне не доведётся, потому что мне 80 лет; это мой 80-ый год, и я знаю, что моё время коротко. На данный момент у меня флебит в обеих ногах, и потому мне была необходима небольшая помощь, чтобы сюда поднятся, потому что у меня паркинсонизм, в добавок, и несколько других проблем, о которых я умолчу.

Но это не первый раз, когда у нас происходит технологическая революция. У нас были и другие. И есть одна, о которой я хочу говорить. За одно поколение у нации Израильского народа произошла огромная и впечатляющая перемена, которая сделала их великой силой на Ближнем Востоке. Человек по имени Давид взошёл на трон, и Царь Давид стал одним из великих лидеров своего поколения. Он был человеком потрясающего лидерства. Благодать Бога была с ним. Он был блестящим поэтом, философом, писателем, солдатом, стратегом битвы и конфликтов, которые люди изучают даже сегодня.

Но примерно за два столетия до Давида, Хетты открыли секрет выплавки и обработки железа, и постепенно то мастерство распространилось. Но они не позволяли Израильтянам ни получить, ни вникнуть в него. А Давид всё это изменил и ввёл Железный Век в Израиль. И Библия говорит, что Давид положил огромные запасы железа, которые были найдены археологами, которые в современной Палестине являются доказательством того поколения. И вот, вместо примитивных орудий, сделанных из палок и камней, у Израиля теперь были железные плуги и серпы. и мотыги, и военное оружие. И в течение одного поколения Израиль был совершенно изменён. Введение железа имело, в некотором роде, похожее влияние на то, как микросхема воздействовала на наше поколение. И Давид обнаружил, что существовало много проблем, не разрешимых техникой.

Оставалось ещё много проблем. И они остаются до сих пор, и вы их пока не разрешили, и я ещё не слышал, чтобы кто-нибудь о том здесь говорил. Как нам разрешить эти три проблемы, которые я хочу упомянуть? Первая проблема, замеченная Давидом. была человеческим злом. Откуда оно берётся? Как нам её разрешить? Снова и снова в Псалмах, которые, как сказал Гладстон, являются самой великой книгой в мире, Давид описывает зло человечества. И всё же он говорит, «Он подкрепляет душу мою.» Думали ли вы когда-либо о том, насколько мы противоречивы? С одной стороны мы можем исследывать глубочайшие секреты Вселенной и значительно раздвигать границы технологии, что наглядно демонстрирует данная конференция. Нам удалось заглянуть под морскую воду на глубину трёх миль, или в галактики, отдалённые от нас на сотни миллиардов лет.

Но с другой стороны, что-то не так. Наши военные корабли, наши солдаты, теперь на рубеже готовности отправления на войну с Ираком. Итак, что же служит тому причиной? Почему у нас происходят эти войны в каждом поколении и в каждой части мира? И революции? Мы не умеем ладить с другими людьми, даже в наших собственных семьях. Мы находимся в парализующих тисках саморазрушительных привычек, от которых мы не можем избавиться. Расизм, несправедливость и насилие охватывают наш мир, принося трагический урожай страдания и смерти. Даже самые опытные из нас кажутся бессильными разорвать этот порочный круг. Я бы хотел увидеть, как Оракл возьмётся за это. Или как какой-нибудь другой технологический гений примется за работу над этим. Как нам изменить человека, чтобы он не лгал и не мошенничал, и чтобы наши газеты не были полны историй об аферах в бизнесе, труде, спорте, или где угодно?

Библия говорит, что проблема находится внутри нас, внутри нашего сердца и души. Наша проблема в том, что мы отделены от нашего Творца, которого мы зовём Богом, и мы нуждаемся в восстановлении наших душ, что возможно только Богу. Иисус сказал, «Ибо из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления.» Британский философ Бертран Рассел не был религиозным человеком, но он сказал, «Зло находится в наших сердцах, и вырвано оно должно быть из наших сердец.» Альберт Эйнштейн, я только что кому-то рассказывал, когда я выступал в Принстоне, я встретил мистера Эйнштейна. У него не было докторской степени, потому что, по его словам, никто не был достаточно квалифицирован, чтобы ему её присвоить.

Но он сделал такое заявление. Он сказал: «Легче изменить естественные свойства плутония, чем изменить естественные свойства злого духа человека.» И многие из вас, я уверен, задумывались об этом и ломали над этим голову. Вы видели, как люди брали полезные технологические достижения, такие как Интернет, о котором мы слышали сегодня, и искривляли их до испорченности, видели, как умнейшие люди создавали компьютерные вирусы, разрушающие целые системы. Теракт в Оклахома-Сити был простой техникой, использованной ужасным способом. Проблема не в технологии. Проблема в людях, её использующих. Царь Давид сказал, что он знал глубины своей собственной души. Он не мог себя освободить от личных проблем и личных зол, среди которых были убийство и прелюбодеяние. И всё же Царь Давид искал Божьего прощения и сказал, «Ты подкрепляешь душу мою.»

Видите ли, Библия учит, что мы больше, чем просто тело и ум. Мы — душа. И внутри нас есть нечто, находящееся за пределами нашего понимания. Это часть нас, которая жаждет Бога, или чего-то большего того, что мы можем отыскать в технике. Ваша душа является той частью вас, которая жаждет смысла жизни, и которая ищет чего-то за её пределами. Это та часть вас, которая на самом деле жаждет Бога. Я вижу молодых людей по всему миру в поисках чего-то. Они не знают, что они ищут. Я выступаю во многих университетах, и у меня есть много выступлений, посвященных ответам на вопросы, и будь то Кембридж, Гарвард или Оксфорд, я выступал во всех тех университетах. Я еду в Гарвард через три или четыре, нет, где-то через два месяца, чтобы читать там лекцию. И мне зададут те же самые вопросы, которые задавали в те несколько прошлых раз, когда я там был. И это будут несколько таких вопросов: Откуда я взялся? Почему я здесь? Куда я направляюсь? В чём смысл жизни? Почему я здесь?

Даже если у вас нет никаких религиозных верований, иногда вы задумываетесь, не существует ли ещё чего-то другого. Томас Эдисон также сказал: «Когда вы видите всё, что происходит в мире науки, и в устройстве Вселенной, вы не можете отрицать, что есть капитан на капитанском мостике.» Я помню, как однажды я сидел рядом с женой Горбачёва на ужине в Белом Доме. Я подошёл к послу Добрынину, которого очень хорошо знал, и я бывал в России несколько раз во время коммунистического режима, и они предоставили мне чудесную свободу действий, которой я не ожидал. И я знал Добрынина очень хорошо, и я сказал: «Я буду сидеть рядом с женой Горбачёва этим вечером. О чём мне следует с ней говорить?» И он удивил меня ответом. Он сказал: «Поговорите с ней о религии и философии. Она ими очень интересуется.» Я был немного удивлён, но в тот вечер мы о том и говорили, и у нас вышел волнующий разговор, и после она сказала: «Знаете, я атеистка, я знаю, что там наверху что-то есть, выше, чем мы.»

Вторая проблема, которую Царь Давид знал, что не может разрешить, была проблемой человеческого страдания. Иов написал самую старую книгу в мире, и он сказал: «Человек рождается на страдание, как искры, чтобы устремляться вверх.» Да, несомненно, наука многого достигла, чтобы облегчить определённые виды человеческого страдания. Но я, через несколько месяцев мне будет 80 лет, я признаюсь, что я очень благодарен за все медицинские достижения, которые поддерживали меня в относительном здравии все эти годы. Мои доктора в клинике Мэйо настаивали на том, чтобы я не ездил сюда, чтобы быть здесь. Я не выступал около четырёх месяцев. И когда вы говорите так же часто, как я, три или четыре раза в день, вы начинаете барахлить. Вот почему я использую этот подиум и эти заметки. Каждый раз, когда вы видите меня по телевизору где-то, я говорю экспромтом. не читаю. Я никогда не читал ни одного обращения. Я никогда не читал ни речи, ни выступления, ни лекции. Я говорю экспромтом. Но сегодня у меня есть несколько заметок, и тогда, если я начну забывать, что со мной иногда случается, у меня будет, к чему обратиться.

Но даже здесь среди нас, среди самого, самого развитого общества в мире, у нас есть бедность. У нас есть семьи, которые разлагаются, друзья, которые предают нас. Невыносимые психологические давления подавляют нас. Я никогда не встречал в мире человека, у которого не было бы проблем или тревог. Почему мы страдаем? Это вековой вопрос, на который мы ещё не ответили. И всё же Давид вновь и вновь говорил, что он обращался к Богу. Он сказал: «Господь — пастырь мой.» Проблема, которую Давид знал, что не мог разрешить, была смерть. Многие комментаторы высказались, что смерть является запрещённой темой нашего поколения. Большинство людей живут так, как будто никогда не умрут. Технологии создают миф о власти над нашей смертностью. Мы видим людей на наших экранах. Мэрилин Монро так же прелестна на экране, какой была и в жизни, и наши многие молодые люди верят, что она ещё жива. Они не знают, что она умерла. Или Кларк Гейбл, или кто бы то ни был. Старые звёзды. Они возвращаются к жизни. И они, они так же великолепны на экране, какими были и в жизни. Но смерть неизбежна.

Некоторое время назад я выступал перед совместной сессией Конгресса в прошлом году. И встреча проходила в такой комнате, комнате статуй, их там находилось около 300. И я сказал: «В этой комнате у всех нас вместе есть что-то общее, будь то республиканец, демократ, или кто-либо ещё.» Я сказал: «Мы все умрём.» И это у нас общее со всеми этими великими людьми прошлого, которые смотрят на нас. И это зачастую очень сложно понять молодым. Им трудно понять, что они когда-то умрут. Как писал древний писатель Екклесиаст, он сказал, есть время всякой вещи под небом. Время рождаться, и время умирать. Я стоял у смертного ложа нескольких известных людей, которых вы, наверняка, знаете. Я говорил с ними. Я видел их в те мучительные мгновения, когда они были до смерти напуганы.

И однако, несколько лет до того, смерть никогда не приходила к ним на ум. Я разговаривал с одной женщиной на прошлой неделе, отец которой был известным врачом. Она сказала, что он никогда не думал о Боге, никогда не говорил о Боге, не верил в Бога. Он был атеистом. Но она сказала, когда ему пришло время умирать, он сел на краю кровати однажды и попросил медсестру позволить ему встретиться со священником. И он сказал, что впервые в жизни он задумался о неизбежном и о Боге. Существовал ли Бог? Несколько лет назад, студент университета спросил меня: «Что Вас в жизни больше всего удивляет?» И я сказал, что больше всего меня удивляет мимолётность жизни. Она пролетает так быстро. Но это не обязательно должно быть так. Вернер фон Браун среди последствий Второй Мировой заключил, и я цитирую: «Наука и религия — не противницы. Напротив, они — сёстры.» Он лично этим и жил. Я знал доктора фон Брауна очень хорошо. И он сказал: «Говоря за себя, я могу только сказать, что величие космоса служит только подтверждением убеждения в несомненном наличии Творца.» Он также сказал: «В наших поисках познания Бога, я пришёл к тому, что жизнь Иисуса Христа должна быть центром наших усилий и вдохновения. Действительность этой жизни и Его воскресения — надежда человечества.»

Я много раз выступал в Германии, и во Франции, и в разных частях мира, у меня была привилегия говорить в 105 странах. И один раз я был приглашён посетить Канцлера Аденауэра, кто тогда считался некоторого рода основателем современной Германии со времён войны. И он однажды сказал мне, он сказал: «Молодой человек,» — сказал он, — «Веришь ли ты в воскресение Иисуса Христа?» И я сказал: «Да, сэр, я верю.» Он сказал: «Я тоже верю.» Он сказал: «Когда я оставлю свою должность, я буду проводить своё время за написанием книги о том, почему Иисус Христос воскрес, и почему так важно этому верить.» В одной из своих пьес, Александр Солженицын изображает умирающего, который говорит собравшимся у его кровати: «Чувствовать сожаление ужасно в тот момент, когда умираешь.» Как нужно жить, чтобы не чувствовать сожаления, когда умираешь?

Блез Паскаль задал такой же самый вопрос во Франции 17-ого века. Паскаль был назван архитектором современной цивилизации. Он был выдающимся учёным и передовиком в математике, даже ещё подростком. Многие считают его основателем теории вероятности и создателем первой модели компьютера. И конечно же все вы знакомы с компьютерным языком, названным в его честь. Паскаль исследовал глубины человеческих дилемм относительно зла, страдания, и смерти. Он был поражён тем же самым феноменом, о котором мы говорим: что люди могут достичь чрезвычайных высот в науке, искусстве, предпринимательстве, и в тоже самое время быть полны озлобления, лицемерия, и иметь ненависть к самим себе. Паскаль видел нас как удивительную смесь гения и самообмана. 23-его ноября, 1654, Паскаль испытал глубокое религиозное переживание. Он записал в свой дневник такие слова: «Я отдаю себя, всецело, Иисусу Христу, моему Искупителю.»

Два века спустя один французский историк сказал: «Редко случалось, что интеллект настолько великий предавался с таким смирением власти Иисуса Христа.» Паскаль пришёл к тому, что любовь и благодать Бога не только могут вернуть нас к гармонии, но он также верил, что его собственные грехи и падения могут быть прощены, и что, когда он умрёт, он попадёт в место, называемое небесами. Он испытал это таким образом, который был за пределами научных наблюдений и разума. Это он начертал знаменитые слова: «У сердца свои доводы, о которых разум не знает.»

Настолько же известно «пари Паскаля». По сути, он говорит следующее: «Если вы поспорите, что Бог есть, и откроете себя Его любви, вы ничего не потеряете, даже если вы неправы. Но если вы поспорите, что Бога нет, тогда вы потеряете всё, эту жизнь и последующую.» Для Паскаля научные знания тускнели рядом с познанием Бога. Познание Бога было превыше всего, когда-либо приходившего к нему на ум. Он был готов с Ним встретиться, когда он умирал в 39 лет. Царь Давид жил до 70 — долгое время для его эпохи. И однако, ему тоже пришлось встретиться со смертью, он написал такие слова: «Если пойду и долиной смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мною.»

Это был ответ Давида на три дилеммы зла, страдания и смерти. Он может быть вашим тоже, тогда как вы ищете живого Бога и позволяете Ему наполнить вашу жизнь и дать вам надежду на будущее. Когда мне было 17 лет, я родился и вырос на ферме в Северной Каролине, я доил коров каждое утро, и мне надо было доить тех же самых коров каждый вечер, когда я возвращался домой со школы, их было 20, тех моих коров, за которых я отвечал, и я работал на ферме и старался не отставать в учёбе. Я не получал хороших оценок в школе. Я их не получал и в институте, до тех пор, пока что-то не произошло в моём сердце.

Однажды, я встретился лицом к лицу со Христом. Он сказал: «Я есть путь, истина и жизнь.» Вы можете такое представить? «Я есть истина. Я воплощение всей истины.» Он был либо лжецом. Либо сумасшедшим. Либо Тем, кем говорил, что был. Кем же Он был? Мне нужно было принять решение. Я не мог этого доказать. Я не мог ставить над этим эксперименты в лаборатории. Но по вере я сказал, что верю Ему, и Он вошёл в моё сердце и изменил мою жизнь. И теперь я готов, когда услышу тот призыв, войти в присутствие Бога. Спасибо, и да благословит Бог всех вас.

Спасибо за такую привилегию. Это было замечательно.

Билли Грэм о технике, вере и страдании: 2 комментария

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *